Надежным бытовым средством отличения добра от зла на практике является полиция.
Управляемая перестройка психики приведёт скорее к исполнению «озвученных» желаний. Если же перестройка психики начинает угрожать исполнением неких неожиданных и опасных «скрытых» желаний — значит, ситуация на каком-то этапе вырвалась из-под контроля индивидуума или общества.
На одном веб-ресурсе существует забавная классификация джиннов:
— Добрые Джинны, исполняющие именно то, что имел в виду клиент, даже если тот неясно выразился;
— Буквальные Джинны, исполняющие дословно заказ клиента и не способные понять подразумеваемое;
— Тупые Джинны, они же злонамеренные, специально выбирающие из всех трактовок желания клиента наиболее убыточную для него.
К этой классификации можно было бы добавить, пожалуй, Фрейдистского Джинна — который после озвучивания клиентом желания чуть поправляет очки на своём эктоплазменном носу, произнося: «Батенька, вам только кажется, что вы хотите этого. На самом деле, как следует из гештальт-анализа и записи скрытой камерой ваших сновидений, желание это является лишь сублимацией подавленного влечения к тёще вашего начальника, которое в свою очередь проистекает из взаимосмешения нереализованного мортидо и приобретённого вами в детстве Эдипова комплекса».
Нам не нужны фрейдистские джинны.
Во-первых, их анализ произволен. «Истинным» желанием человека может быть названо почти что угодно, смотря на каком уровне рассмотрения остановиться. В конце концов, каждая отдельная человеческая клетка хочет всего лишь глюкозы. Наши желания — не просто сумма желаний клеток? All right, допустим, но являются ли они тогда суммой желаний комплексов и архетипов? Мутный какой-то вопросец.
Во-вторых, они опасны. Если мы — не совсем то, что за нами, а иначе мы бы не смотрели на свои «потаённые глубины» как вошь на Ктулху, то противоречие их действий нашей воле вполне вероятно. Приоритетна здесь, по-видимому, наша воля, поскольку что иначе есть мы? Есть два пути: следовать своим осознанным решениям — или же счесть их «ненастоящими» и начать пассивно прислушиваться к глубине внутри себя. К глубине, которая, конечно, и так управляет нашими поступками — но всё же обычно делает это опосредованно, через череду социально-культурных фильтров, к чему в значительной мере и сводится работа нашего сознания. Второй подход, «прямое прислушивание к глубине», как бы объявляет социально-культурные фильтры не нужными и предлагает отправить сознание в отпуск. Или существенную его часть. Долг, моралитэ и тому подобное.
Неспроста та древняя раса из фантастического сериала сделала своим слоганом вопрос «Кто ты?».
С чем себя отождествлять?
Вопрос, чем мы реально являемся, может оказаться бессмысленным — как и вопрос «Чего на самом деле хочет Россия?», к примеру. На словах — одного. По действиям — иного. По эмоциональным предрасположенностям — третьего.
И это ещё если не упоминать об общественном расслоении.
gritzhald
На одном веб-ресурсе существует забавная классификация джиннов:
— Добрые Джинны, исполняющие именно то, что имел в виду клиент, даже если тот неясно выразился;
— Буквальные Джинны, исполняющие дословно заказ клиента и не способные понять подразумеваемое;
— Тупые Джинны, они же злонамеренные, специально выбирающие из всех трактовок желания клиента наиболее убыточную для него.
К этой классификации можно было бы добавить, пожалуй, Фрейдистского Джинна — который после озвучивания клиентом желания чуть поправляет очки на своём эктоплазменном носу, произнося: «Батенька, вам только кажется, что вы хотите этого. На самом деле, как следует из гештальт-анализа и записи скрытой камерой ваших сновидений, желание это является лишь сублимацией подавленного влечения к тёще вашего начальника, которое в свою очередь проистекает из взаимосмешения нереализованного мортидо и приобретённого вами в детстве Эдипова комплекса».
Нам не нужны фрейдистские джинны.
Во-первых, их анализ произволен. «Истинным» желанием человека может быть названо почти что угодно, смотря на каком уровне рассмотрения остановиться. В конце концов, каждая отдельная человеческая клетка хочет всего лишь глюкозы. Наши желания — не просто сумма желаний клеток? All right, допустим, но являются ли они тогда суммой желаний комплексов и архетипов? Мутный какой-то вопросец.
Во-вторых, они опасны. Если мы — не совсем то, что за нами, а иначе мы бы не смотрели на свои «потаённые глубины» как вошь на Ктулху, то противоречие их действий нашей воле вполне вероятно. Приоритетна здесь, по-видимому, наша воля, поскольку что иначе есть мы? Есть два пути: следовать своим осознанным решениям — или же счесть их «ненастоящими» и начать пассивно прислушиваться к глубине внутри себя. К глубине, которая, конечно, и так управляет нашими поступками — но всё же обычно делает это опосредованно, через череду социально-культурных фильтров, к чему в значительной мере и сводится работа нашего сознания. Второй подход, «прямое прислушивание к глубине», как бы объявляет социально-культурные фильтры не нужными и предлагает отправить сознание в отпуск. Или существенную его часть. Долг, моралитэ и тому подобное.
Неспроста та древняя раса из фантастического сериала сделала своим слоганом вопрос «Кто ты?».
С чем себя отождествлять?
Вопрос, чем мы реально являемся, может оказаться бессмысленным — как и вопрос «Чего на самом деле хочет Россия?», к примеру. На словах — одного. По действиям — иного. По эмоциональным предрасположенностям — третьего.
И это ещё если не упоминать об общественном расслоении.
gritzhald